Конструкторское Опытное

Бюро Радиоаппаратуры

Вы находитесь здесь:Главная // Новости // Новости оборонки // Броня всё крепче, танки всё сложнее

Поиск новостей

Период создания

-
Пятница, 21 Август 2015 11:06

Броня всё крепче, танки всё сложнее

Современная военная теория подразумевает, что в войнах с участием технологически развитых стран главенствующую роль будет играть боевая авиация. Тем не менее целый ряд современных конфликтов убедительно продемонстрировали, что когда борьба ведётся за территории или требуется зарубежная интервенция, ничто по-прежнему не может заменить бронетехнику.
За последние годы произошло сразу несколько конфликтов с масштабным использованием сухопутных войск. США и НАТО активно задействовали бронетехнику в своих операциях в Афганистане и Ираке. Танки и тяжёлые бронетранспортеры были основной ударной силой в приграничных операциях Израиля. Интенсивно используется бронетехника в гражданских войнах в Сирии и на Украине. Россия имеет собственный обширный опыт использования сухопутных войск и тяжёлой бронетехники в чеченских войнах и в Грузии.
Поэтому не приходится удивляться, что совершенствование бронетехники продолжается во всём мире. Не является исключением и Россия, которая на параде 9 мая 2015 года впервые продемонстрировала образцы сразу нескольких новых семейств бронетехники. По Красной площади проехали БТР на базе колёсной платформы «Бумеранг» производства ООО «Военно-промышленная компания» и гусеничные БМП на базе платформы «Курганец-25» производства ОАО «Курганмашзавод». Но самый большой интерес вызвали образцы новой тяжёлой бронетехники: танк Т-14 («Объект 148») на платформе «Армата», созданная на этой же платформе тяжёлая гусеничная БМП Т-15 («Объект 149») и 152-мм самоходная артиллерийская установка «Коалиция-СВ», все три — производства ОАО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод».
Одновременное представление такого количества новых платформ техники Сухопутных войск является для современной России беспрецедентным. Оно подтвердило, что наша страна по-прежнему является одним из «законодателей мод» в бронетанковой технике.
Новыми образцами колёсной бронетехники сейчас сложно кого-то удивить. Она разрабатывается множеством государственных и частных компаний во всём мире. Но тяжёлая гусеничная бронетехника гораздо более сложная и дорогая в разработке, производстве и эксплуатации, что ограничивает количество её разработчиков. Возможность её создания сегодня справедливо относится к высшим достижениям военно-промышленного комплекса любой страны. В особенности это касается современных танков. После завершения холодной войны разработка совершенно новых моделей традиционными лидерами танкостроения была прекращена и заменена модернизацией имевшихся образцов. Амбициозные танковые программы новых претендентов — Китая, Южной Кореи, Турции, Японии, Индии — не дали качественного прорыва в характеристиках, так как использовали традиционную и давно устоявшуюся компоновку танков и наработки, в лучшем случае соответствующие уже достигнутому уровню «традиционных» танковых держав. Поэтому представление новаторской платформы «Армата», на которой построен Т-14, стало сенсацией мирового уровня.
Сомнений в том, что Т-14 представляет именно новое поколение отечественных танков, а не является очередной модернизацией советской бронетехники, не возникло ни у кого. Самым радикальным и обсуждаемым нововведением стало изменение компоновки. Командир танка и наводчик переместились из башни в корпус и вместе с механиком-водителем теперь будут располагаться в хорошо защищённой бронированной капсуле. Там они — в отличие от того, как было устроено в наших предыдущих танках, — не сидят на баках с топливом в окружении снарядов.
Такая компоновка, значительно повышающая безопасность экипажа, не является абсолютной новинкой. Достоинства её давно очевидны, и потому она неоднократно испытывалась ведущими танкостроительными державами в предыдущие десятилетия. В СССР танки такой компоновки с вынесенным вооружением разрабатывались с начала 1970-х годов. Но технический уровень того времени не позволил довести прототипы до постановки на вооружение.
Современные технологии машинного зрения и управления полем боя позволяют резко повысить ситуационную осведомлённость экипажа танка, пусть даже и скрытого теперь под надёжной бронёй в середине боевой машины. Современные прицелы, тепловизоры и миниатюрные видеокамеры высокого разрешения позволяют контролировать происходящее вокруг танка днём и ночью. Но на поле боя будущего он не будет полагаться только на себя. Танк будет частью единой системы управления тактического звена, что позволит ему обмениваться информацией с другими боевыми машинами и штабом.
Пожалуй, не менее революционным для нашей танковой промышленности, чем смена компоновки, стал отказ от прежних ограничений по массе и габаритам для основных танков. Т-14 заметно больше и тяжелее своих предшественников.
Советская концепция, по которой разрабатывались все наши предыдущие основные боевые танки, предусматривала их малые габариты и плотную компоновку. Это позволяло сохранить адекватную броневую защиту, даже притом что советские танки были заметно легче зарубежных аналогов. К настоящему времени эти жёсткие ограничения по массе и габаритам привели к модернизационному тупику прежней линии советских и российских танков. Дальнейшее их совершенствование для наращивания защиты практически невозможно. Крайне усложнена и установка дополнительного оборудования. Одновременно с этим малые габариты уже не являются спасением. Широкое распространение управляемого и высокоточного оружия, совершенных систем наведения гарантирует, что какие бы габариты не имел танк, по нему всё равно не промахнутся. И тут на первый план выступает способность держать удар. Новый танк потяжелел почти на 10 тонн по сравнению с Т-90А, а по массе и габаритам вплотную приблизился к лучшим иностранным образцам. При этом за счёт новых технических решений по уровню защиты он будет превосходить их.
Отказ от тяжёлого бронирования ставшей теперь необитаемой башни позволил перераспределить на «Армате» броню в пользу значительного усиления защиты корпуса и экипажа. Полностью была переработана и динамическая защита, что решило проблему с наличием множества неприкрытых ею участков на предыдущих российских танках. Ещё одним долгожданным усовершенствованием станет оснащение всех строевых Т-14 комплексами активной защиты (КАЗ), без которых представить себе перспективный танк просто невозможно. Уничтожение ракет и снарядов на подлёте, до того как они испытают на прочность броню, сейчас является самым перспективным способом «умного» усиления защиты бронетехники.
На новом танке отказались от КАЗ «Арена», установка которого была отработана ещё на Т-90. Используемый на Т-14 КАЗ «Афганит» имеет другую схему. Снаряд «Афганита» по-снайперски нацеливается на атакующую ракету и создаёт гораздо меньше опасности для своей пехоты и техники, чем бьющий по площадям поток осколков от боеприпасов «Арены». Конструкция «Афганита» лучше подходит и для дальнейшего совершенствования боевых возможностей. В дальнейшем планируется «обучить» его снаряды противодействию боеприпасам, поражающим танки сверху, и даже бронебойным подкалиберным снарядам. Также танк получил новые системы электронно-оптического подавления и выстреливаемых пассивных помех.
Схожий подход к защите был продемонстрирован на тяжёлой БМП Т-15. Притом что по вооружению она унифицирована с БМП «Курганец-25», боевая машина на платформе «Арматы» почти в два раза тяжелее её. Разница в весе приходится в основном как раз на дополнительную защиту.
Опыт показывает, что в любом затяжном сухопутном конфликте современности реализуется один и тот же сценарий. Используемая в нём бронетехника имеет тенденцию неуклонно «тяжелеть». Дополнительное бронирование навешивается да­же на небронированную изначально колёсную технику. Танки, БМП и БТР дооснащаются динамической бронёй и противокумулятивными решётками. Обычно это приходится делать в спешке, импровизировать. Даже США по опыту первых лет оккупации Ирака и Афганистана были вынуждены заняться срочной модернизацией и усилением бронирования своих и без того массивных танков, БМП и БТР. Но и у них это заняло годы, а потребности войск так и не были полностью удовлетворены вплоть до вывода из этих стран.
Поэтому сразу иметь в своей армии тяжёлый БМП, изначально ориентированный на самые сложные тактические условия, в которых неуютно себя чувствуют даже танки, очень полезно. Т-15, построенный на платформе «Армата», имеет мощную лобовую броню (сопоставимую с танковой по эффективности защиты от некоторых типов боеприпасов), эффективную динамическую защиту и тот же КАЗ «Афганит», что и Т-14. Такая защита делает его идеальным спутником в бою для нового танка. Увеличенные габариты отсека десанта и «танковый» уровень защиты его от мин и фугасов также добавит удобства пехоте и снизит её потери в засадах.
Финальным компонентом представленной на параде триады бронетехники для «тяжёлых» механизированных и танковых соединений станет также впервые продемонстрированная 152‑мм самоходная артиллерийская установка «Коалиция-СВ».
Ранее говорилось, что и новая САУ также будет создана на платформе «Армата». По соображениям логистики и удобства обслуживания использование для танка, БМП и САУ одинаковой платформы являлось бы оптимальным решением. Но показанная 9 мая версия «Коалиции-СВ» построена на модифицированном шасси танка Т-90. Пока неясно, произойдёт ли в будущем сложная и дорогостоящая смена шасси или решено ускорить производство новых самоходок на УВЗ, используя для них уже имеющуюся производственную линию Т-90. Тем не менее, как недавно продемонстрировали США модернизацией своей САУ М109А7, полная смена шасси на самоходном орудии является вполне решаемой задачей. После освоения массового выпуска «Арматы», темпов которого будет хватать на выполнение оборонного заказа на танки и БМП, нельзя исключать появления в 2020-х годах и обновлённой «Коалиции-СВ».
Это возможно потому, что для современной САУ используемое шасси не является определяющей боевой характеристикой. Гораздо важнее то, насколько быстро она может получить огневое задание с машины управления, развернуться с марша и открыть огонь, а затем покинуть огневые позиции, избежав ответного удара. Для этого чрезвычайно важной станет унификация на новой самоходке электроники, системы связи и информационной системы тактического звена с техникой на платформе «Армата». Не менее важна и номенклатура боеприпасов, которые могут использоваться ею. Уже объявлено, что «Коалиция-СВ» получит помимо обычных и высокоточные боеприпасы. Скорее всего, речь идёт не только об уже привычных для «Мста-С» снарядах с лазерным наведением, но и новых, корректируемых по ГЛОНАСС. Это позволит радикально повысить огневую мощь и летальность по сравнению с предыдущим поколением САУ. Кроме того, достигнутая в ходе испытаний дальность стрельбы снарядами новых типов для «Коалиции-СВ» — 70 км, что является мировым рекордом для калибра 152/155 мм на сегодняшний день.
Пока Министерством обороны заключены трёхлетние контракты на выпуск предсерийных партий всех трёх моделей новой тяжёлой бронетехники. Лишь после их успешной опытной эксплуатации в войсках и доработок по её итогам с 2019 года планируется начать уже серийные закупки для переоснащения армии. Такие сроки могут показаться чересчур долгими, но они вполне обоснованы сложностью разработки такой техники и сроком планирования, на который она создаётся.
Увеличенные габариты, мощные силовые установки, модульность конструкции, изначально предусматривающая её дальнейшую модернизацию, современные информационные системы должны обеспечить новым семействам техники очень долгую жизнь. Вряд ли им придётся прослужить меньше, чем таким знаковым для отечественного ВПК образцам, как Т-72 или БМП-1.
Из-за бюджетных ограничений, перевооружение всей армии на новое поколение невозможно, да и её применение с военной точки зрения не всегда целесообразно. Поэтому место в строю найдётся и средней гусеничной, и колесной бронетехнике. Но именно тяжёлые гусеничные боевые машины нового поколения станут основой ударной мощи Сухопутных войск России на обозримое будущее. Соединения, в которых танки Т-14 «Армата», БМП Т-15 и САУ «Коалиция-СВ» сменят нынешний комплект из Т-90А, БМП-3 и «МСТА-С», получат очевидное преимущество как в случае большой войны, так и в ходе асимметричных боевых действий, включая конфликты низкой интенсивности.
(Руслан Пухов - директор Центра анализа стратегий и технологий)

Источник: Информационно-аналитический проект "Однако"